| Я к вам пишу. Внемлите, россияне, Кремлевского прощанье соловья. Еще одно, последнее посланье -- И живопись окончена моя. Заглядываю мельком в свой папирус: Растет зарплата, бдит единоросс, Все выросло -- лишь я один не вырос. Мне кажется, я даже как-то врос. Сейчас, когда терпение народа Похоже на протершийся тюфяк, Я расскажу вам, как четыре года Я мог бы вас и так, и так, и так! Я вас любил. Вы так и не догнали. Я обещал, вещал, провозглашал. Я намекал. Я подавал сигналы. Я вас хотел, но Он не разрешал. Теперь, когда Россия разогрета И на душе у кремлинов черно, Я рад бы разрешить и то, и это, Но вам уже не нужно ничего. Я выгляжу, как пожилая цаца, Мамаша, угодившая впросак, Что разрешила дочке целоваться, Когда она по ходу на сносях. Сейчас любой зовет меня сатрапом, И митинговый свист сбивает с ног. И как же я настолько вас затрахал, Когда я так ни разу и не смог? Я вас послал. Мой срок почти что дожит. Идите с миром в свой особый путь, И дай вам Бог не дать тому, кто сможет, Когда придется делать что-нибудь. |
