| "Райские яблоки". www.wysotsky.com Я умру, говорят- мы когда-то всегда умираем,- Езжу на дармовых, если в спину сподобят ножом: Убиенных щадя, отпевают и балуют Раем,- Не скажу про живых, а покойников мы бережём. В грязь ударю лицом, завалюсь покрасивее набок, И ударит душа на ворованных клячах в галоп. Вот и дело с концом, в райских кущих покушаю яблок Подойду не спеша, вдруг капот подвернёт остолоп. Чур меня самого, наважденье знакомое что-то, Неродящий пустырь и сплошное ничто - беспредел. И среди ничего- возвышались литые ворота, И этап-богатырь - тысяч пять - на коленях сидел. Как ржанет коренник! Я смирил его даром отцовым, Да репьи из мочал, еле выдрал и гриву заплёл. Пётр-Апостол старик, слишком долго возился с засовом - И кряхтел и ворчал, и не смог отворить - и ушел. Тот огромный этап, не издал ни единого стона, Лишь на корточки вдруг с понемевших колен пересел. Вот следы пёсьих лап,- да не Рай это вовсе, а зона! Все вернулось на круг, и распятый над кругом висел. Мы с конями глядим, вот у жизни на зло нам всем зонам, Хлебный пух из ворот,- это крепче чем руки вязать, Я пока невредим, но и я нахлебался озоном, Лепоты полон рот, и ругательства трудно сказать. Засучив рукава, пролетели две тени в зелёном, С криком: В рельсу стучи!- пропорхнули на крыльях в ночи, Там малина, братва,- нас встречают малиновым звоном! Нет- звенели ключи,- это к нам подбирали ключи. Я подох на задах-на руках на старушечьих дряблых, Не к Мадонне прижат, божий сын, а в хоромах холоп, В ... |
