| Вчера на «Прямом эфире», в киностудии Горького обсуждали историю солдата Андрея Попова, одиннадцать лет бывшего рабом на кирпичном заводе в Дагестане. У представителей Дагестана главный аргумент был такой: охраны на кирпичном заводе нет, колючей проволокой завод не обнесен, -- значит, он мог уйти, поэтому никакой он ни раб. За каждый побег солдата избивали, ломали руки, ноги, ребра. Когда его показывали крупным планом на экране, на него смотреть больно. Однажды он добрался до отделения полиции и попросил защиты, его посадили на машину, отвезли назад на завод, и зверски избили. 11 лет в рабстве, при полном отсутствии охраны, заборов и колючей проволоки, всего лишь завод на территории Дагестана, и кругом одни дагестанцы... Как я этого парня понимаю. Не, огорожена Германия каменной стеной, не обнесена колючей проволокой. Всего лишь кругом одни немцы, и этого оказалось достаточным, чтобы я те же одиннадцать лет не мог выехать из этого царства рационализма (написал сначала нацизма, но потом вспомнил про данное себе слово, быть в России политкорректным). Ребер мне не ломали, но руки выкручивали, наручники одевали, на пол бросали, за голову тащили. Без насилия удержание невозможно. Если человек делает попытки вырваться -- обязательно дело дойдет до физического насилия. И, в полицию, я как этот парень обращался, -- все бессмысленно, по той же самой причине, там полицейские дагестанцы, в Германии, полицейские немцы. В Дагестане на кирпичном заводе, все, конечно, по средневековому ... |
