| Я всегда твердил, что судьба - игра. Что зачем нам рыба, раз есть икра. Что готический стиль победит, как школа, как способность торчать, избежав укола. Я считал, что лес - только часть полена. Что зачем вся дева, если есть колено. Что, устав от поднятой веком пыли, русский глаз отдохнёт на эстонском шпиле. Я сижу у окна. За окном осина. Я любил немногих. Однако - сильно. Я сижу у окна. Я помыл посуду. Я был счастлив здесь, и уже не буду. Я сижу у окна... Я писал, что в лампочке - ужас пола. Что любовь, как акт, лишена глагола. Что не знал Евклид, что сходя на конус, вещь обретает не ноль, но Хронос. Я сказал, что лист разрушает почку И что семя, упавши в дурную почву, не дает побега;что луг с поляной есть пример рукоблудья, в Природе данный. Я сижу у окна. Вспоминаю юность. Улыбнусь порою, порой отплюнусь. Я сижу у окна, обхватив колени, в обществе своей грузной тени. Я сижу у окна.. Моя песнь была лишина мотива, но зато её хором не спеть. Не диво, что в награду мне за такие речи своих ног никто не кладёт на плечи. Гражданин второсортной эпохи, гордо признаю я товаром второго сорта свои лучшие мысли, и дням грядущим я дарю их, как опыт борьбы с удушьем. Я сижу у окна в темноте; как скорый, поезд гремит за волнистой шторой. Я сижу в темноте. И она не хуже в комнате, чем темнота снаружи. Я сижу у окна... Я сижу у окна... |
