| Раскинулось море широко, И волны бушуют вдали. Товарищ, мы едем далеко, Подальше от нашей земли. Не слышно на палубе песен, И Красное Море шумит, А берег и мрачен и тесен, Как вспомнишь, так сердце болит. На баке уж восемь пробило, Товарища надо сменить. По трапу едва он спустился, Механик кричит: "Шевелись!" Товарищ, я вахты не в силах стоять - Сказал кочегар кочегару, Огни в моих топках совсем не горят, В котлах не сдержать мне уж пару. Пойди заяви ты, что я заболел И вахту не кончив бросаю, Весь потом истек, от жары изнемог, Работать нет сил - умираю. Товарищ ушел... Он лопату схватил, Собравши последние силы, Дверь топки привычным толчком отворил И пламя его озарило: Лицо его, плечи, открытую грудь, И пот, с них струившийся градом. О, если бы мог кто туда заглянуть, Назвал кочегарку бы адом! Котлы паровые зловеще шумят, От силы паров содрогаясь. Как тысячи змей те пары же шипят, Из труб кое-где прорываясь. А он, изгибаясь пред жарким огнем, Лопатой бросал ловко уголь. Внизу было мрачно - луч солнца и днем Не может проникнуть в тот угол. Нет ветра сегодня, нет мочи стоять, Согрелась вода, душно, жарко. Термометр понялся аж на сорок пять, Без воздуха вся кочегарка. Окончив кидать, он напился воды, Воды опресненной, нечистой. С лица его падал пот, сажи следы, Услышал он речь машиниста: Ты вахты не кончил - не смеешь бросать, Механик тобой недоволен, Ты к доктору должен пойти и сказать - Лекарство он даст, если болен. За поручни слабо хватаясь рукой По трапу он вверх ... |
